Мое детство прошло в тихой, забытой Богом деревушке. Ни школы, ни клуба, ни даже крошечного магазинчика – ничего, что могло бы разбавить монотонность сельской жизни. Ближайший магазин ютился в Борисовке, в полутора километрах от нашего дома. Путь туда был неблизким, а ассортимент – удручающим. Конфеты-помадки, которые быстро черствели, да лимонад «Буратино» – вот и все, что можно было назвать «вкусненьким».

Старшие братья иногда рассказывали о маминой покупке – целой жестяной банке халвы. Но я, видимо, была слишком мала, чтобы запомнить это событие. Халва… Восточная сладость, о которой я могла только мечтать. Что же это такое? Хоть бы раз попробовать!И вот, мечта моя обрела шанс на воплощение. Я училась в Бирском пединституте, жила в комнате № 56 общежития на «Соколке». Нас было четверо, как четыре сестры, дружные и неразлучные. Все делали вместе, все делили поровну. Каждая, возвращаясь домой к родителям, старалась привезти как можно больше продуктов. Иногда эти продукты становились причиной забавных, а порой и не очень, происшествий.
Однажды к одной из наших подруг приехали родители. Перед самыми занятиями. Мы быстро рассовали привезённые гостинцы по полкам шкафа, мешок с картошкой затолкали под кровать, а кое-что оставили на столе. На столе красовались домашняя выпечка, банка с вареньем и, как мне тогда показалось, топлёный внутренний жир, аккуратно завёрнутый в целлофан. «После пар нажарим картошки, достанем солёных огурцов – наедимся!» – решили мы, предвкушая сытный ужин.Все мы учились на одном курсе. Занятия закончились, и мы, полные предвкушения, почти вприпрыжку помчались в общежитие. Открыли дверь в комнату и замерли от ужаса. По всему полу разлилось что-то белое, липкое… Оказалось, что завёрнутое в целлофан было не топлёным жиром, а замороженным молоком, а точнее – сливками. Мы бросили на пол полотенца, ещё какие-то тряпки и вчетвером долго ползали по полу, собирая эти жирные, молочные реки.

Но вернемся к халве. Другой случай, куда более сладкий, произошёл благодаря маме Алсу. Она работала каким-то начальником в торговле и привезла нам целую коробку халвы! Девочки ограничились тем, что просто попили чай с этим восточным лакомством. А я же, наконец-то получив возможность осуществить свою давнюю мечту, ела её от души. Так ела, что потом многие годы даже слышать названия этого продукта не могла. А девчонки, конечно, долго ещё поддразнивали меня, спрашивая: «Фай, халву будешь?»

И вот, спустя годы, я всё ещё не большая поклонница халвы. Изредка могу себе позволить кусочек арахисовой, и то только с чаем. Но тот вкус, тот первый, долгожданный вкус халвы, навсегда остался в моей памяти, как символ несбывшейся детской мечты, которая, пусть и с горьковатым привкусом, всё же осуществилась.